Свобода во Христе - христианский проект

Субота, 23 октября 2021
ЛЮБОВЬ КО ХРИСТУ PDF Печать Email

 

Господи! Ты все знаешь; Ты знаешь, что я люблю Тебя

Иоанна 21:17

Тот, кто познал Христа, не может Его не возлюбить: невозможно, чтобы, почувствовав в душе своей "полноту в Нем", человек не загорелся любовью к Нему. Но бывает так, что верующий под влиянием святой ревности может сомневаться в своей любви к Господу своему. Он ошибается: сердце его, несомненно, горит любовью, потому что только душа, не испытавшая еще на себе силу крови кропления, может остаться равнодушной ко Христу. Как семя развивается под влиянием влаги и тепла, давая росток, так и душа, насыщенная благостью Спасителя, возрастает в любви и стремится к Нему.

Любовь эта уже не похожа на пламя, зажигающее взволнованную душу; она не выражается неудержимым потоком слов. Но она производит в душе плоды правды себе на радость и Господу на славу. Любовь эта есть та сила, которая рождает праведность и приносит обильный плод. Мы назовем некоторые из этих "плодов". Дай, Бог, чтобы они проявились в жизни нашей!

Можно двумя словами, вкратце, выразить сущность истинной любви: это - "привязанность" и "уподобление". Первым следствием любви является крепкая связь с сердцем Господа Иисуса; вторым - преображение в Его образ. Углубимся в этот вопрос и подробно рассмотрим наиболее часто случающиеся и наиболее привлекательные проявления силы, благодати в душе человеческой, находящейся под влиянием любви Христовой.

1. Одним из первых и наиболее важных признаков любви к Иисусу служит торжественная отдача самих себя со всем, что мы имеем и что мы из себя представляем, на безраздельное служение Господу.

Один благочестивый человек советует сопровождать вступление души в завет с Господом серьезным размышлением и горячей молитвой. Многие из выдающихся святых таким именно путем посвятили себя всецело Господу и вынесли огромное благословение из подробного исследования своего отношения к Богу, вновь отдавая себя на служение Ему. Пишущий эти строки находит, что "погребение со Христом в крещении" является актом, наиболее согласным с Писанием и наиболее красноречивым признаком посвящения себя Богу; но он не имеет ни малейшего намерения насиловать свободы братьев своих, предоставляя им запечатлеть свою отдачу Господу другим способом, кажущимся им, может быть, более действенным.

То, что мы читаем по этому поводу в сочинении Джона Ньютона, так разумно и назидательно, что я не могу не привести тут выдержки из него: "Много высказывается различных взглядов на то, полезно ли, уместно ли человеку, желающему посвятить себя Богу, принимать решение давать всякие обеты и даже записывать их. Имеют ли смысл подобные письменные обязательства?.. На это можно сказать следующее.

В большинстве случаев люди отдаются Господу с ранних лет. Но, хотя в ту пору сердце и горячо все воспринимает, человек не имел еще возможности на личном опыте убедиться, насколько лукаво бывает сердце это! В тот счастливый день, когда человек ярко ощутит Бога, "обратится" к Нему, осознает, что он спасен и прощен, что больше нечего бояться, не о чем мучиться, тогда душа бывает так полна радости, что в ней возникают всякие благие решения. Но несмотря на всю их искренность и чистосердечие, они оказываются не в силах противостоять целому ряду непредвиденных искушений. Вспомним страшный пример апостола Петра!.. Решения эти, обеты, которые человек себе тогда дает, основаны, главным образом, на том, что мы чрезмерно уповаем на свою силу. На этом-то часто и ловит нас "враг" нашей души, вселяя в нее чувство уныния, иногда даже отчаяния, когда мы видим, что не исполняем обетов своих. Поэтому многие верующие, богатые духовным опытом, и находят, что не следует давать таких обетов, не следует отмечать, запечатлевать их письменно, как делают многие; они считают этот прием посвящения себя Богу неправильным и ненужным.

Так ли это? Простой пример: когда строится здание, воздвигают вокруг него леса: иначе и строить нельзя. Леса не есть само здание; они будут сняты, когда постройка будет готова; но пока они нужны. Вот так и многие новообращенные находят помощь в том, что дают себе те или другие обеты, записывая их. Впоследствии, когда суждения их делаются более зрелыми и вера их становится более твердой, это им оказывается уж более ненужным".

Всякий истинно верующий должен себя посвятить служению Искупителю; он должен, и непременно это сделает: к тому его влечет любовь. Он не один только раз, но ежедневно будет отдавать свои силы Господу. Многие верующие записывают эти свои духовные опыты и в конце своей жизни находят особое утешение, перечитывая воспоминания об этом торжественном, знаменательном периоде их жизни, сопровождавшемся незабвенными духовными переживаниями. И Господь, Который благоволит к самым малым и добрым намерениям, Который "тростника надломленного не переломит" и "льна курящегося не угашает", видит и поощряет желания каждого сердца, милостиво прощая ошибки, которые могут обнаружиться и которые только содействуют большему познанию человеком Бога, а также и своего собственного сердца. Господь одобряет их, позволяет им довериться Ему таким именно путем; об этом свидетельствуют и слова пророка Исайи: "Один скажет: "я Господень", другой назовется именем Иакова, а иной напишет рукою своею: "я Господень", и прозовется именем Израиля" (Ис. 44:5).

Какова бы ни была форма посвящения себя Богу, все мы не можем не признавать, что самый факт посвящения, безусловно, необходим, как первый плод Духа Святого; там, где нет этого посвящения, нет и любви, о которой мы говорим.

Отдача себя Богу должна быть полная, искренняя, неограниченная и добровольная; она должна сопровождаться глубоким смирением, сознанием нашего недостоинства, простой верой в силу Крови Христовой, чрез которую мы имеем доступ к Богу, и чувством непосредственной зависимости нашей от Духа Святого, дарующего нам силу исполнять принятые нами решения. Надо отдать себя Господу Иисусу, стать Его "собственностью", быть Ему послушным, чтобы, если нужно, даже умереть за Него.

Мы должны быть готовы, как Мария, разбить свой "алабастровый сосуд у ног Его"; как Авраам, принести Ему в жертву "Исаака" нашего, наше самое дорогое в жизни; должны, как апостолы, отречься от всякого земного покоя и удобства по первому требованию Христа; как Моисей, оставить все "египетские сокровища"; как Даниил, с готовностью, терпя за веру, быть брошенными в ров львиный и, как три отрока - в печь огненную.

Недопустимо, чтобы, подобно Анании, мы "удерживали часть цены" того "имущества", которое отдаем Богу, и, сначала решившись быть последователями Христа, изменили Ему, "возлюбив нынешний век", как Димас.

Мы все получаем от Христа, и все свое должны посвятить Ему.

Во всякой церкви есть такие члены, которые в известный момент своей жизни искренно решаются отдать Христу самих себя, свои силы, способности, состояние; но с течением времени они постепенно ослабевают и, в конце концов, только малую долю уделяют делу Божию... Остаток времени, остаток средств... Жалкие остатки всего того, что почти целиком пошло на удовлетворение разных чисто земных потребностей. Неужели же в этом может выразиться преданность Богу? Невольно спрашиваешь себя: да искренно ли было вообще их желание посвятить себя Ему? Не было ли тут лицемерия?

Понимают ли они, что сделал для людей Христос? Действительно ли "обратились" они к Нему? Обновилось ли сердце их? Пусть они сами ответят на эти вопросы.

Настанет день, когда всем нам придется дать отчет пред Судьей своим, и надо всегда помнить, что Господь "ненавидит уста лживые". А разве не "ложь", если исповедуем то, что не проводим в жизни? Лжец - тот, кто не "всем разумением своим" служит Господу. Господь порицает тех, кто "ни холоден, ни горяч". Если мы наполовину только служим Ему, мы, значит, именно такие.

Не накажет ли Бог за то, что мы не выполняем обетов наших? Что лживо исповедуем Христа? Нельзя безнаказанно оскорблять Его. Нельзя быть изменником по отношению к Нему.

Да поможет нам Господь быть осмотрительными!.. Мы просим помощи Духа Его Святого. Пусть даст Он нам силу жить как подобает "воскресшим из мертвых"!

Если же и впадаем мы в грех, если не сумеем исполнить воли Его, смиренно сознаемся в своем бессилии и будем молить: "Господи! Направь! Помоги!"

Будем стремиться к "совершенству", которое есть результат полного посвящения себя Богу.

2. Второе проявление благодати Божией в душе человека следующее.

Любовь ко Христу должна нас сделать "осмотрительными из опасения оскорбить Его" (Весли). Особенно должны мы стараться не огорчать Господа своими поступками.

Когда мы принимаем у себя в доме особенно дорогого нам гостя, как желаем мы угодить ему! Как боимся чем-нибудь обидеть! И как бывает нам неприятно, если что-нибудь вызывает его неудовольствие...

Так относимся мы к своим земным друзьям.

Насколько же больше должны мы быть внимательны к Богу - небесному нашему Другу! Что Он любит, чего Он от нас хочет, мы знаем хорошо. Верующий духовно зрелый человек отлично отдает себе отчет, если случается ему нарушить волю Божию. Он чутко избегает всякого прикосновения ко греху. Даже делая что-либо хорошее, он опасается, как бы малейшая тень зла не легла на его поступок.

Это чувство страха, как бы "не поскользнуться" - весьма характерная черта в жизни верующего человека. И напрасно этой добродетели предается, обыкновенно, меньше значения, чем другим хорошим качествам: она представляет собою один из самых желанных "плодов духа". Если ее в человеке нет, это указывает на понижение его духовного уровня.

Неосмотрительность бывает пагубной для души; самоуверенность и необдуманность подобны разъедающей, разрушающей душу язве.

"Самонадеянность" ведь это не то же самое, что "мужество". Не будет недостатком мужества, если человек осторожно "ходит пред Богом": напротив - это только способствует его духовному развитию и предохраняет его от опасностей.

Если мы действительно проникнуты духом Христа, то мы любим все, что любит Он, и отвращаемся от зла потому, что Он воплощенное добро и чистота.

Один проповедник пишет "Если кто-нибудь рассчитывает на прощение грехов ради заслуг Христовых, не испытывая при этом ни огорчения, ни стыда, ни ненависти к греху во всем безобразии его, я, нимало не сомневаясь, считаю ожидание этих людей напрасной самонадеянностью, угрожающею вечной гибелью их бессмертной душе".

Любовь ко Христу есть "лучшее противоядие против идолопоклонства", потому что она не допускает, чтобы кто бы то ни было занял престол, принадлежащий Христу. Верующий не дерзает впустить соперника Христа в сердце свое: чрезмерная привязанность к твари земной была бы оскорблением Его. Если человек отдал себя Господу безраздельно, душе даже не захочется искать чего-нибудь иного.

3. Если мы любим Господа Иисуса, мы будем повиноваться заповедям Его. Самонадеянные и поверхностные люди, считающие себя друзьями Христа, воображают, что уметь плавно о Нем говорить... больше ничего будто бы не требуется! Но смиренные, искренние и верные почитатели Господа не довольствуются словами: они хотят творить волю Его. Как любящая жена подчиняется мужу из любви к нему, так искупленная Иисусом душа из-за любви к Нему рада исполнить заповеди Его. Это чувство делает легким исполнение всякого долга; даже если работа сама по себе скучна и утомительна, благодать небесная облегчает нам выполнение ее, напоминая нам, что благо нам страдать для Господа. Любовь заставляет нас повиноваться всем заповедям и победит в нас тот мятежный дух сопротивления, который так часто мешает человеку признавать многие заповеди Божий и заставляет его подчиняться только тем из них, которые он считает необходимыми.

Любовь не только руководит поступками, но она исполняет собою весь дух наш, пленяя его в послушание Христу и давая сокровенному человеку нашему сознавать всю необходимость подчинения Богу новой природы нашей.

Правда, прежняя испорченность еще существует. Но человек, сознавая это, борется с нею. Он хочет повиноваться закону духовному, и не дает воли своей плоти.

Эта борьба плоти с духом бывает очень тяжелой и упорной. Человек хочет творить добро, но всевозможные причины - и внешние, и в нем самом - отклоняют его от пути.

И единственное, что в борьбе этой помогает одержать победу, - это любовь наша к Христу. Она не только помогает одолеть наши дурные наклонности, но утешает и возвышает нас.

Самое незначительное дело наше становится тогда делом почетным. Еще язычник Сенека воскликнул однажды: "Служить Богу - значит царствовать". Обновленный человек радостно сознает, что повиноваться Богу для него - высший почет. Быть смиренным и послушным учеником милостивого Друга для него не только кажется благоразумным, но и почетным. Блаженство его было бы неполным, если бы не было ему случая доказать Богу свое послушание: его любовь требует деятельности, он молил бы Господа дать ему дело, если 6 его у него не было, потому что дело Божие является для него не трудом, а преимуществом.

Так всегда бывает в начале духовной жизни. Хорошо, если бы такое состояние человека продолжалось всегда!..

В ту пору как мучительно бывает сознание, что не выполняешь всего, что Бог велит, делаешь не то и не так, как бы следовало. Ну а теперь? Каково теперь наше состояние? Так же ли мы парим в духовных высотах?..

Нет! Опустились наши крылья, читатель! Чувствуете ли вы это? Но разве Спаситель не тот же и теперь, каким был тогда? Почему же охладела наша любовь к Нему?

Будем просить Духа Его Святого: пусть поможет Он нам глубже вникать в дела Искупителя, чтобы вновь загорелась в наших сердцах любовь к Нему!

4. Любовь ко Христу заставляет нас выступать на защиту Его пред врагами Его. Истинно верующие более дорожат мнением людей о Христе, чем своим собственным добрым именем; они согласны скорее сами нести в мире бесчестье, чем видеть бесславие Христа. Иначе и быть не может. Мог ли бы назвать себя "братом" человек, молча слушающий, как меня обижают или злословят? Не доказал ли бы он этим отсутствие в сердце своем любви ко мне? Как может друг не замолвить слова в мою пользу пред людьми, которые смешивают меня с грязью?

Жалок тот христианин, который спокойно выслушивает злословия и поношения Господа Иисуса Христа! Лучше пусть нас попирают ногами, только бы превозносилось имя Господа! Нет необходимости хвататься за меч, как тогда апостол Петр, чтобы защитить Христа от врагов; у нас есть меч духовный, которым мы можем и обязаны сражаться.

Бывает, что, когда слышишь, как насмехаются над Христом, оскорбляют Его, святыню нашу, гнев закипает в душе, и хочется, чтоб огонь Илии сошел с неба и пал на хулителей. Но это возмущается в нас плоть наша, и гневу этому не надо давать воли.

Мы можем иначе выступать в защиту Его. Мы можем словом, примером, настроением нашим действовать на оскорбляющих Его так, что им станет стыдно, а может быть, заставит их призадуматься, понять, почувствовать, уверовать!

Трогательно бывает видеть, когда робкий и слабый защищает твердыню истины: из уст его льются не логические доказательства, не многозвучные красноречивые тирады: простая речь его так глубоко серьезна, так непритворно-дерзновенна, в ней чувствуется такая непоколебимая уверенность, что врагу Христа, поносящему Его, остается только замолчать. Доказательства отсутствуют, но вера побеждает; не боясь презрения и насмешек, он почитает себя счастливым, если ему удается снять хотя бы одно пятно с имени Иисуса Христа.

Всякий возрожденный чувствует так. В нем всегда есть святая решимость отстаивать и защищать достоинство Божие перед лицом всего мира. В нем смелость отроков иудейских, которые тогда, в Вавилоне, не устрашились огненной смерти и говорили царю Навуходоносору: "Бог наш, Которому мы служим, силен спасти нас от печи, раскаленной огнем, и от руки твоей, царь, избавит. Если же и не будет того, то да будет известно тебе, царь, что мы богам твоим служить не будем и золотому истукану, который ты поставил, не поклонимся".

Многие утверждают что в случае возникновения новых гонений в церкви нашей оказалось бы немного людей, готовых погибнуть на костре. Думается мне, что мнение это неосновательно Мы твердо уверены, что самое немощное чадо Христово получило бы силу свыше для сопротивления врагу и победоносно вышло бы из борьбы с ним. Дети Божий во все века те же. Истинное благочестие не страшится пламени огня как в нашем, так и во всяком другом веке. Та же любовь влечет верующего человека претерпеть мученичество, та же самая благодать поддерживает его сердце, и тот же венец ожидает его

Мы уверены, что если когда-либо последователи Господа Иисуса будут призваны умереть на костре, они пойдут на это с неменьшей готовностью, чем другие мученики. Любовь по-прежнему крепка, как смерть, и сила по-прежнему продолжает "совершаться в немощи". Это справедливо сегодня, как было справедливо и тысячу лет назад. Мы можем быть немощны, но сила, но благодать Божия слаба быть не может, она могущественна, и человек с помощью ее преодолевает все испытания

Есть еще один вид ревности по славе Христа; она свойственна всякому истинному христианину: человек остерегается, как бы словом или делом, неисполнением своего долга или впадением в грех не обесславить святую религию, им исповедуемую. По этой причине он находится в постоянном разладе со своим греховным "я" и презирает себя, если по необдуманности своей ему случается дать врагу повод злословить религию.

Преданный друг и слуга какого-нибудь земного владыки может прийти в отчаяние, если по беспечности своей принес ему какой-нибудь вред. Так приходит в отчаяние и христианин, когда из-за непоследовательности его или оплошности хулится имя Христа и задерживается дело Его на земле

Ревность ко славе Христовой есть верный признак полученной нами благодати.

5. Сердечная преданность Христу возбуждает постоянное желание содействовать успеху дела Его. В некоторых верующих она послужила причиной того святого рвения, которое давало ему силу переносить гонения, преодолевать всевозможные опасности и жертвовать удобствами жизни, чтобы проповедовать Евангелие неблагодарным язычникам; они готовы были подвергнуться всяким преследованиям, готовы были даже умереть, только бы расширились владения Духа Христова на земле. Стремление к этому дает верным благовестникам особенную силу - возвещать всюду Слово Господне, несмотря на насмешки врагов и равнодушие друзей. Оно заставляет великодушные сердца делать щедрые пожертвования, чтобы дело Божие не пострадало от недостатка земных средств...

Тысячами различных способов рать Божия "во всеоружии Божием" сражается и сражалась во все времена, во многих местах за Господа своего!

Мало или даже совсем нет любви к Господу Иисусу в душе его, кто равнодушно относится к распространению истины Евангелия Христова!

Человек, душа которого насыщена благодарностью И горит любовью к распятому Господу, плачет, видя, что враг близок к победе, что духовный уровень людей понижается, что церковь падает. И вот он возвышает голос, стараясь разбудить заснувших... Если старания его увенчаются успехом, с какой радостью возносит он сердце свое к Богу, прославляя Его за милости, дарованные Им церкви! Это дороже ему, чем если бы Господь оказал милости Свои ему лично.

Разумно и неутомимо будет он трудиться для Господа, смиренно сознавая, что никогда не сможет сделать слишком много или даже довольно для Того, Кто отдал всего Себя для освящения и спасения людей.

Многие из нас подобны Иссахару, о котором говорится, что он "осел крепкий, лежащий между протоками вод", они слишком ленивы, чтобы совершать то дело, над которым мы все обязаны трудиться неустанно: и причиною такого недостойного поведения является не то, что ревностная любовь вообще не способна человека воодушевить: дело в том, что в душе этой, хотя тронутой уже благодатью, любовь просто-таки отсутствует.

Любовь ко Христу скрашивает и поощряет исполнение долга. Она та рука, которая направляет полет стрелы. Она главная сила, приводящая в движение весь механизм нашей жизни, когда мы хотим исполнять долг наш.

Любовь заставляет нас "пламенеть духом". Она есть сущность верного служения Богу, она то, что дает нам духовную мощь. Только когда она горит в нас, можем мы жить благочестиво.

Если у человека в сердце есть любовь, она не в силах оставаться в бездействии, как не может не трепетать осина при малейшем движении воздуха. Скорее сердце перестанет биться, чем любовь, которою оно полно действовать. Любви присуща деятельность, она не может не проявляться. Она возбуждает энергию, героизм. Сколько великих дел творятся любовью!

Великая тайна любви - это сила ее превращать горькое в сладкое, страдание - в радость, смерть - в жизнь. Часто око любви видит все в свете славы Христовой и ценит все дела сообразно тому, как относятся они к прославлению Его. Человек считает ничтожным и ненужным все, что этому прославлению не способствует.

Любовь ко Христу, как свет, освещает путь. Как свежий ветер, дает силу уставшему, измученному неудачами и трудами.

Я думаю, что многие из нас знают это святое чудесное чувство, когда мы на все готовы, только бы послужить Духу Святому и славе Его на земле?

Будем молиться: да дарует "Отец светов" больше любви Церкви Своей к Главе ее; тогда она проявит ревность и доблесть, и выдержку, и будет прославлен Господь на земле.

6. Замечательно, что горячая любовь к Господу Иисусу дает нам силу переносить все, что Ему благоугодно бывает возложить на нас. Любовь - мать покорности: мы охотно подвергаемся ударам, нам наносимым любящей рукою Господа Иисуса, когда сердце наше полно любовью к Нему. Мы знаем, мы верим, что напрасно Он нас не огорчит, и что, лишив нас чего-нибудь, непременно этим самым приносит нам пользу.

Если веришь, что рану наносит рука Божия, то это отнимает всякую боль... Мы благоговейно целуем эту руку и смиряемся.

Один убежденный христианин, пострадавший за веру и заключенный в тюрьму, так писал о вере своей в любовь "сладчайшего Господа Иисуса" и о своей покорности воле Его: "Чем я только не обязан страданиям Господа моего Иисуса! Как совершенно убедился я теперь в том, что "пшеницу" надо "размолоть" жерновом Христа для того, чтобы из нее вышел хлеб для личного Его употребления! Вера испытанная лучше веры простой; она уже начало славы. Когда Христос благословляет нас, возлагая на нас кресты, кресты эти говорят нам о любви Его, о Его мудрости, благоволении и попечении о нас. Зачем буду я страшиться ига Христова, бояться того плуга, который проводит глубокие борозды в душе моей? Я знаю, что Христос - умелый земледелец, Он сделает все, чтобы получить обильную жатву. Да! Пусть истощенная почва снова сделается плодотворною, чтобы могла она принести плод Тому, Кто ее обработал! Пусть даст Ему обильную жатву эта только что возделанная Им нива. Зачем я (безумец) огорчался, когда Он увенчал главу мою страданиями, которые представляют собой славу и честь верных свидетелей Его? С этой минуты я не буду больше скорбеть, когда посылает Он мне испытания. В действительности ничего и не потерял я, страдая! Христос и не отнял от меня ничего. Потому что радуются и торжествуют "сокрушенные" Им "кости мои", и это с избытком награждает меня за все!"

7. Не хочу утомлять читателя, удлиняя этот перечень "драгоценных плодов, созревших на солнце любви". Я ограничусь еще одним только замечанием: залитая благодатью душа стремится к полному уничижению в себе эгоизма, сосредотачивая во Христе все свои радости, делая Его Одного целью своей, своей вожделенной надеждой. Душа, избравшая Христа центром всех своих стремлений, всей деятельности своей, обладает высшею степенью духовности.

Великого просим мы у Бога, если выражаем нашу готовность сораспяться Христу.

Высшее, человеку доступное, благо - не иметь никаких желаний, никаких мыслей, никаких стремлений вне Христа; когда человек чувствует, что сама смерть была бы для него блаженством, если бы он мог умереть за Христа; что ради Христа нужно жить и в бедности, и в горе, и в презрении, и в пишете, и в унижении. Великое счастье, если человеку безразлично, что бы с ним ни случилось, только бы был возвеличен Господь наш.

Пусть мы, как сухие листья, ветром гонимые! Нам нечего тревожиться о том, куда мы несемся, потому что ничего нет случайного и бессмысленного в этом "полете" нашем: мы знаем, что осуществляем волю Божию.

Пусть острые орудия в руке Божией шлифуют и отделывают нас, - телесные, грубые камни. Пусть, очищенные от коры, засверкаем мы, как алмазы, всеми своими гранями и отразим собою свет Божественный!

Тот из нас, который достиг сладкого чувства самоуничтожения, самоотречения, ярко ощущает этот свет... О Господи, я вижу лучи Твои! Они заливают душу мою, поглощают тьму, в которую была погружена... Живи во мне, - вот все, чего я прошу, дабы жизнь, которой я живу во плоти, была не моей уже, но Твоей жизнью во мне, дабы вместе с апостолом Павлом я мог вдохновенно сказать: "Для меня жизнь - Христос".

Быть на небе - значит всецело окунуться в океан воли Божией, значит быть в полном согласии с Его предначертаниями; поэтому нетрудно убедиться, что только что описанные нами стремления - истинный залог наследия Божия; они верные признаки подготовления к принятию его.

Теперь я спрошу вас, читатель: как вы ко всему этому относитесь? Стремитесь ли вы душой к правде и истине Господа Иисуса? Или же все это чуждо вам? Если же горите вы все еще любовью к Господу Иисусу, подумайте об этом хорошенько. Вдумайтесь во все, что Он из Себя представляет, в то, что Он для людей сделал, и смирите свое сердце перед Ним. Благодать Божия поможет вам обратиться к Нему.

Но, может быть, все-таки в душе вашей уже есть некоторые задатки истинной веры; вы разделяете хотя бы некоторые из описанных нами чувств; только сомневаетесь, любите ли вы Христа, как должно, и боитесь, что нет. Что же, однако, заставляет вас так думать?

Смущает вас, вероятно, тот факт, что вы сильно привязаны к своим родным и друзьям, и привязанность эта как будто стоит на первом плане, заглушая любовь ко Христу. Вы боитесь, что творения вам дороже Творца, интересы земные дороже интересов духовных и поэтому считаете, что любовь ваша ко Христу - одно лицемерие, что вы человек плотской и что нет любви Божией в сердце вашем. Ведь так?

Я далек от желания поощрять греховные вкусы или умалять бесспорные ошибки, в которые впадает человек; но в то же время я глубоко убежден, что нельзя не любить людей, что грешно не любить их и не заботиться самоотверженно о близких своих.

Не было ни одного святого, который горячо не любил бы, который рано или поздно не имел бы сильной привязанности к какому-нибудь созданию Божию. Что же: и его любовь ко Христу была, значит, тоже лицемерием?

Конечно, нет. Все дело в том, какое место в сердце занимает любовь, а не в том, насколько она горяча. Один писатель (Флавель) очень метко об этом говорит так: "Как укоренившаяся в сердце злоба доказывает большую ненависть, нежели внезапная, хотя бы и более сильная вспышка гнева, так и любовь следует нам измерять не силою ее порывов, но глубиною ее корня и постоянством ее дел. Судя по тому, как Давид плакал и рыдал об Авессаломе, Иоав пришел к заключению, что "если бы Авессалом остался жив, а весь народ умер, Давиду это было бы приятно" (2 Цар. 19:1-6); как нелогично было суждение военачальника!.."

Если любовь ваша к Богу, к правде Его устойчива, если она руководит поступками вашими и мыслями, вы не должны в ней сомневаться! Не надо мучиться тем, что любовь ко Христу не горит в вас каким-то всепоглощающим пламенем или не вспыхивает внезапно и неудержимо. Этого надо даже опасаться: в таком порыве может быть даже нечто и недуховное. Истинная благодать может обитать в сердце незаметно. "Благодать никогда не обнаруживается и не чувствуется, пока она не проявляется в поступках" (Бакстер).

Надо ударить по камню, чтобы появилась искра.

В душе человека таится много такого, что самому ему может быть и невидным, и это относится как к хорошим свойствам, так и к дурным Греха своего часто человек в себе не замечает: может не знать он и того, что глубоко в сердце его таится любовь к Богу... Но настанет благоприятный к тому момент, и любовь эта проявляется, выражается в действии...

Сколько живых существ скрывается летом в лесу или в лугах! Но пока они притаились, не двигаясь, что их будто бы и нет совсем.. Так и чувства наши, таящиеся в душе, не видны, пока не обнаружатся поступками.

Человек, достигший такой духовной настроенности, действительно "вошел в покой". Ему безразличны и похвалы, и порицания людские, потому что он убедился, что похвал добиваться не стоит, а порицания людей его обидеть не могут. Он неуязвим, с тех пор, как личность его более не существует, потому что он теперь как бы слился с делом и личностью Христа. Пока в нас остается еще хоть малая доля эгоизма, он будет всегда омрачать наше единство со Христом, и к радости нашей неизбежно будет примешиваться скорбь. Мы должны "докопаться" до самых "корней" нашего себялюбия, чтобы найти тех червей, которые подтачивают наше счастье Душа верующего всегда будет стремиться к невозмутимому спокойствию, связанному с беспрекословным повиновением Христу, и никогда вполне не успокоится, пока не погрузится в океан Божественной любви. Полное посвящение себя Спасителю есть ее нормальное положение, и всякое уклонение от этого состояния влечет за собою мучение ее, причиняет ей духовное недомогание.

Путь к "высотам" проходит через самоотречение. Умаляясь, человек возносится до высшего духовного просветления. Большинство людей заражено желанием извлекать себе пользу из жизни своих ближних, чтобы самим ярче светить теми лучами, которые они от них заимствуют. Но христианину, наоборот, свойственно отдавать другим свет свой, а самому - исчезать в свете славы Владыки своего Спасителя

Гордые мира сего мечтают о том, чтобы имена других людей терялись перед их собственными почетными титулами. Любящие Бога желают одного: чтобы их имена представляли собою только малые буквы в светлых летописях о делах Господних.

Если мы поступаем, как христианину следует поступать, если в действиях наших чувствуется Дух Божий, не надо думать, что мы не любим Христа, не верим в Бога...

А мало любим, мало верим?..

Да, может быть. Но тогда раздуем эту "малую искру" в себе, чтобы она разгорелась ярким пламенем.

Любите так, чтобы почувствовать, что любите.

Старайтесь сохранить те дары, которые Господь вручил вам, пребывая в непосредственной близости к Нему. Вспоминайте чаще о любви Его к вам - это увеличит вашу любовь к Нему. Кончаю. И молю милосердного Отца нашего, чтобы Он принял любовь нашу, как принял уже нас самих "в Возлюбленном". Смиренно просим мы, да осенит Он нас благодатью Духа Его Святого, дабы соделаться совершенными в любви, чтобы мы прославляли Того, Кому отдаем теперь себя в жертву живую, святую, благоугодную Богу, для разумного служения нашего.

К НЕОБРАЩЕННОМУ ЧИТАТЕЛЮ

Опять обращаюсь я к вам; вы все еще на том же месте, на котором я вас оставил? Вы все еще не имеете надежды, все еще не получили прощения грехов?

Но что же ощущаете вы, когда читаете о том, как благодать Божия действует в человеке, получившем ее? Духовный опыт таких людей вам непонятен... Или вы даже и не чувствуете ничего, как камень?..

Но Господь может и каменное сердце смягчить. Он тронет его Своею благодатью и изменится оно, и вздрогнет в ответ на прикосновение Господне, и почувствует Его. Один Он может это сделать. Никакая собственная сила человека!

Если вы сознаете, что положение ваше печально, то это уже очень хорошо. Сознавая, можно из этого положения и выйти™ Пусть только благодать Божия коснется вас!

Подумайте: ведь мы все всецело находимся в руках Божиих. Постарайтесь это понять. Постарайтесь ясно осознать, что вы находитесь в полном распоряжении Бога. Это должно вас смирить, должно вас победить. Смиритесь же под крепкую руку Божию!

Признайте Его силу оживотворять, спасать, направлять людей... Не думайте, что спастись можно делами, и что с этого надо начать. Когда вы наблюдаете верующих, чистых, нравственных людей, видите их добрые дела, поймите, что не из-за этих дел получили они благодать Божию, а наоборот: корень всей их жизни духовной есть именно эта благодать. Это дар Божий, ничем, никем незаслуженный.

Через Христа получаем мы его, и только через Него.

Отдайте же душу вашу в Его руки!

Уверуйте в Господа Иисуса Христа, и спасетесь.